Дочь. Отрывок из книги Кэтрин Гилдинер «Доброе утро, монстр»

доброе утро монстр Книги

Представьте, что вы начинающий психотерапевт, и первая ваша пациентка с самого начала дает понять, что если вы проявите к ней хоть какое-то сочувствие, она перестанет приходить. А ее история не может не вызвать сочувствия, ведь отец бросил девочку, когда той было девять лет. Он оставил ее вместе с младшими братом и сестрой в глуши, зимой, в маленьком домике в лесу без еды и денег. Непростой случай.

Доброе утро, монстр!Именно с него началась карьера Кэтрин Гилдинер, психотерапевта из Канады. Сейчас, когда за ее плечами уже 25 лет опыта и несколько бестселлеров, Кэтрин собрала под одной обложкой истории пяти пациентов, которые оказали на нее глубокое влияние и сформировали ее как терапевта. Эти люди сумели прожить полноценную взрослую жизнь, несмотря на ужасные детские травмы:

  • Лора — героиня первой истории. Каждый мужчина в ее жизни — бойфренд, босс, отец — использует ее и плохо с ней обращается, но она не собирается копаться в своем прошлом.
  • Питер до 5 лет прожил на чердаке дома: некому было за ним присмотреть, пока мама была на работе.
  • Дэниел — индеец, потомок народа кри. Он не может горевать по погибшим жене и дочери и, кажется, вообще не испытывает эмоций. Ведь в детстве он усвоил урок: любое их проявление провоцирует боль. Душевную и физическую.
  • Алана все детство провела с отцом-садистом, наркоманом и психопатом. Ей пришлось пожертвовать собой, чтобы спасти сестру от его нападок.
  • Каждое утро Мэделин начиналось с далеко не ласкового приветствия матери «Доброе утро, монстр».

Каждый пациент из книги — это тайна, которую можно разгадать только спустя годы и долгие сеансы психотерапии. Их истории и пути к выздоровлению Кэтрин Гилдинер описала в своей книге. И через эти истории можно увидеть ее собственный путь психотерапевта — с ошибками и выученными жизненными уроками.

Книга выходит в серии «За закрытой дверью. У каждой семьи свои тайны». Она будет особенно интересна тем, кто любит невыдуманные истории, способные «пощекотать нервы». И тем, кому уже понравились «Муж под прикрытием», «Великий притворщик» и «Что-то не так с Гэлвинами».

Дочь

МЭДЕЛИН БЫЛА ИЗВЕСТНА в определенных кругах как дочь богатого отца, у которой есть свой антикварный бизнес. Она имела репутацию избалованного ребенка, который на невероятной скорости гоняет по городу в своем спортивном фиолетовом «Феррари».

Мэделин жила в элитном районе. На первом этаже дома располагался ресторан, следующие четыре занимал ее антикварный салон, а сама женщина жила на самом верхнем этаже, где находилась огромная оранжерея. Ее бабушка купила это здание в 1975 году, когда Нью-Йорк был на грани банкротства. Охрана, сопровождавшая меня от самого аэропорта, сообщила о моем прибытии по рации. Кто-то на том конце рации ответил:

— О, это же доктор Гилдинер. Слава богу! Наконец-то. Мэделин в офисе с клиентами. Проводите.

Внутри были высоченные потолки, через панорамные окна пробивался яркий свет. Невероятно огромная комната (примерно двести квадратных метров) была разделена на зоны впечатляюще массивными колоннами. Стены были кирпичными, а на полу лежал паркет из массива дерева.

Работники бегали туда-сюда, как муравьи. Человек, который говорил на итальянском языке, распаковывал какой-то антиквариат, в то время как женщина, одетая в дизайнерскую одежду, мельтешила вокруг на высоких шпильках и заносила какую-то информацию в блокнот. Курьеры ждали подписи клиентов. На стенах — полки, которые от пола и до самого потолка были заполнены антиквариатом. Все находилось под охранной системой: если сдвинешь с полки какой-нибудь предмет, тут же сработает сигнализация — для деактивации необходимо нажать специальную кнопку. Чтобы добраться до верхних полок, использовалась лестница.

Один худощавый мужчина был ответственен за лестницу и передвигал ее к нужным полкам. На нем — пиджак от Армани, волосы идеально уложены. Шесть работников стояли у лестницы и выкрикивали указания:

— Потише, прихвостни! Вас когда-нибудь учили выстроиться в ряд и ждать очереди? Вы вообще знаете, что такое очередь? Господи боже, ведите себя как цивилизованные люди.

Я подошла к ресепшен, другой мужчина в дизайнерском костюме сказал:

-Удачи! Она вам понадобится. Если она будет кричать, это просто ее стиль общения. Пожалуйста, не бегите сразу с корабля, иначе мы потонем.

Наша встреча задерживалась уже на тридцать пять минут. Ко мне подошла разговорчивая девушка с дредами по имени Виенна и отвела меня в личный офис Мэделин, в единственную комнату, где были обои, а не просто кирпичные стены. Виенна, одетая в черную мини-юбку, черный топ и черно-белый шарф, как у Чеширского кота из книги «Алиса в Стране чудес», была единственным приветливым человеком. Чувствуя себя полностью расслабленно, она подошла, раскачивая татуированными руками, и рассказала, что Мэделин пришлось через многое пройти, только работа помогала ей справиться со всем. Она говорила о начальнице так, будто действительно заботилась о ней и ни капельки не боялась, как все остальные.

Зайдя в офис, я увидела огромный письменный стол, за ним стояла высокая брюнетка, чьи волосы была прибраны в пучок. Мэделин оказалась настоящей красавицей с идеальной светлой кожей и пухлыми губами. Она была очень похожа на Белоснежку. На ней были фиолетовые туфли на шпильках и потрясающий брючный костюм от Prada. Единственный знакомый мне человек, которому удалось интегрировать в повседневную жизнь экзотические вещи с модных показов. На ней также были серьги, обрамленные множеством бриллиантов. (Спустя несколько лет терапии я сказала, что ни разу не видела ее в одной и той же одежде дважды. Она нахмурилась и ответила: «Это отвратительно».) Макияж был немного странным: губы выразительно подведены карандашом, а брови очень тонкие, по моде тридцатых годов. Несмотря на такой макияж, она была убийственно красива.

Когда Мэделин села, я заметила, что она не похожа на отца. Женщина сказала, что переняла от мамы внешность, а от папы — мозги. Позже я узнала, что она окончила Йельский университет и получила степень магистра в Лондонской школе экономики и политических наук. Потом начала антикварный бизнес. Страсть к антиквариату появилась в детстве, с ранних лет она обожала листать бабушкины каталоги с предметами старины. Ей нравилась работа, в ней она смогла совместить любовь к бабушке и две отличительные семейные черты: феноменальные деловые навыки и любовь к искусству.

Я начала составлять историю семьи. Мэделин рассказала, что является единственным ребенком разведенных родителей, жила с отцом с подросткового возраста, когда мать ушла, и до тех пор, пока не поступила в университет. В свои двадцать с лишним вышла замуж за мужчину по имени Джой, они развелись через девять лет.

В этот момент рассказа Мэделин вдруг взяла ручку и сказала:

-Мы можем оставить эту историю на другой день? Я обязательно расскажу, но мне нужно находиться в определенном психологическом состоянии для этого.

Когда я кивнула, соглашаясь, она с облегчением выдохнула и залпом выпалила:

-Я — шизоид. У меня всегда была тревожность и обсессивно-компульсивное расстройство, но сейчас, в последний год, состояние ухудшилось. И это влияет на работу всего офиса. Если я потеряю над собой контроль, тут все загнется.

Когда я попросила привести пример того, как симптомы влияют на бизнес, она ответила:

-Я не могу путешествовать и не разрешаю делать это своим работникам, так как боюсь, что может произойти авиакатастрофа. Будто я знаю, что самолет разобьется. Постоянно про это думаю.

Она раньше постоянно летала с родителями в отпуск, с бабушкой, которая могла купить билет куда-нибудь без особого повода, — и всегда прослеживались обсессивные наклонности, в последние годы они обострились.

-Я сказала всем, что если вы не сможете помочь, придется закрыть наше заведение.

Я поняла, почему работники почувствовали облегчение, увидев меня.

Интересно, что, с одной стороны, Мэделин была такой грозной, а с другой — ранимой и восприимчивой. Владельцы бизнеса, чьи имена мелькают в журнале «Форбс», обычно не признаются работникам в реальном положении дел компании.

У Мэделин участилось дыхание, поэтому я спокойно сказала, что терапия похожа на решение загадки — вместе мы сможем найти причину возникновения симптомов и решим проблему. Она ответила, что обязана вылечиться, ведь так много людей рассчитывают на нее.

-Вы в первую очередь заботитесь о других, а не о себе, — ответила я. — Большинство людей говорят: «Доктор, я не могу так жить. Моя жизнь — пытка».

Ответ поразил меня.

-Честно говоря, никто не заботится обо мне. Я никогда не жалею себя, ведь у меня есть мышки, которых надо кормить.

Данное высказывание показало ее преувеличенное чувство ответственности и приуменьшенное чувство собственного достоинства.

После того как Мэделин описала симптомы, я поняла, что она страдает от ОКР (обсессивно-компульсивного расстройства) и повышенной тревожности. Обсессия — это нежелательные, навязчивые мысли, которые провоцируют тревожность, — у Мэделин были навязчивые мысли, что она и ее работники могут разбиться в авиакатастрофе. Компульсия — определенное поведение человека, направленное на избавление от обсессии и тревожности, — Мэделин компульсивно отменяла полеты, избавлялась от обсессии, снижала тревожность, но ставила бизнес под угрозу.

Дункан рассказал про тревожность, но не упоминал про ОКР. Избавление от тревожности — моя главная сфера деятельности, но случаи с ОКР я направляла к другим специалистам. Поэтому и направила Мэделин к известному в Манхэттене специалисту, сказав, что попробуем двойной подход — другой психолог поможет с ОКР, а я с тревожностью. Это нестандартное решение, но я чувствовала, что нам предстоит решить одновременно много проблем за короткий период времени. Пока мы обсуждали план лечения, дверь открылась, и в офис вошел Дункан.

-О Кэти, отлично, вы тоже здесь!

Удивленная Мэделин закричала:

-Какого хрена ты тут делаешь? Ты не можешь врываться в мой офис посреди сеанса. Убирайся! Я не могу приходить в твой дом, а ты думаешь, что можешь врываться в мой?

Тот не шевельнулся. Она закричала:

-Я серьезно! Я сейчас вызову охрану.

-Но ведь я тот самый человек, который привел к тебе Кэти, — сказал Дункан, насмешливо улыбаясь. Я видела раньше такую же реакцию, когда Карен всячески ругалась на него.

Потом взял стул, собираясь сесть. Мэделин повысила голос:

-Во имя всего святого, убирайся отсюда, иначе я попрошу парней проводить тебя до дома. Ты мне и так все испортил, а сейчас продолжаешь вести себя как кретин. Перевод всего вышесказанного: ты заносчивый мудак.

-О’кей, — ответил Дункан и направился к двери. — Пообедаем попозже?

К моему удивлению, она абсолютно спокойно ответила:

-Хорошо, но чуть позже.

И ушел.

Женщина покачала головой и закатила глаза.

Извините за то, что нас прервали. Так, на чем мы остановились?

Чтобы собрать воедино историю жизни Мэделин, пришлось потратить три недели. Иногда у нее случалось то, что она называла «Кофейная тревога!», и мужчина, чья работа заключалась лишь в том, чтобы приносить кофе, бежал в ближайшее кафе и приносил две большие кружки.

Пациентка поведала, что ее мать Шарлотта никогда не хотела детей, но Дункан не знал, что делать со всеми деньгами: кому их оставить. К ужасу Дун-
кана, Шарлотта, как и Карен, решила, что сможет потратить их все. Я предположила, что странно заводить ребенка только ради финансовой выгоды, на что Мэделин сказала:

-Почему, как вы думаете, у всех богатых людей есть дети? Надо сохранить нажитое в семье, иначе все прахом развеется по ветру. Я имею в виду, что люди часто говорят о «продолжении семейного рода» только в контексте сохранения богатства.

И добавила, что мать, в конце концов, была честна.

-Она согласилась на одного ребенка, чтобы удовлетворить потребности отца и бабушки с дедушкой, а потом отправилась по магазинам.

Шарлотта действительно большую часть времени проводила в магазинах. Целый этаж дома был отведен под гардеробную, наполненную одеждой, обувью и украшениями. Летом она хранила меха на специальном складе; с наступлением холодов их привозили в грузовой машине. Кроме того, постоянно делала ремонт в доме.

По словам Мэделин, мать превращала ее жизнь и жизнь отца в ад всяческими способами. Она была анорексичкой; в доме практически не было еды — в холодильнике лежали только лимоны, оливки и коктейльная вишня — так что ели в ресторанах.

-Знаю, это кажется невероятным, — добавила Мэделин, — но все так и было.

Мне не показалось это странным, ведь я тоже была единственным ребенком в достаточно обеспеченной семье, у нас почти не было еды, ели в ресторанах. Кажется, в каком-то смысле Мэделин и я оказались два сапога пара.

Она продолжила рассказывать про жестокое обращение со стороны Шарлотты, когда Дункана не было дома. Мэделин попыталась протащить в комнату сушеные помидоры; каждое утро, когда она шла на кухню, надеясь позавтракать перед школой, Шарлотта приветствовала ее: «Доброе утро, монстр». Потом обвиняла, что дочь пыталась спрятать от нее еду. Но и поесть в ресторане не особо получалось, так как Шарлотта заставляла говорить девочку, что она не голодна:

-Однажды ты поблагодаришь меня за то, что не стала жирной свиньей.

Они каждый день ужинали в лучших ресторанах Торонто. Шарлотта жевала еду, но не проглатывала, а оставляла в шелковой салфетке. Работа Мэделин заключалась в том, чтобы после каждого ужина выбрасывать остатки еды матери. Однажды официант поймал семилетнюю Мэделин, которая выполняла приказ, и обвинил в том, что она пыталась украсть салфетку. Находясь в шоке, Дункан спросил, что она намеревалась сделать с этой салфеткой.

— Я не знала, что сказать, — поделилась Мэделин. — Понимала, что мать накажет, если я не прикрою ее, и поверьте, наказание было бы жестоким. Но не хотела подводить и отца, который настаивал на том, чтобы я сказала правду.

-Двойная ловушка для маленькой девочки, — сказала я.

Шарлотта принялась говорить, что Мэделин —«маленький воришка», что ее не раз ловили на воровстве в школе. Официант раскрыл салфетку и нашел пережеванную еду.

Он с отвращением унес ту салфетку, держа ее двумя пальцами.

Я спросила, что чувствовала Мэделин в тот момент.

-Ну а как вы думаете? Было очень стыдно за то, что я опозорила отца.

Потом добавила:

-О, точно. Я только что вспомнила. Когда мать вернулась в зал ресторана, там сидели ее знакомые, и она сказала: «Никогда не выходите замуж за того, кто портит вашего единственного драгоценного ребенка». Она вела себя как жертва.

Когда семья вернулась домой, отец зашел к ней в комнату и сказал, что она может довериться ему и рассказать обо всех проблемах, сказал, что она очень худая и надо больше есть. Он задержался в дверях и добавил, что Мэделин проведет какое-то время с бабушкой.

-Мне кажется, он думал, будто я в беде, и знал, что мать не поможет.

-Ваш отец подозревал, что мать плохо с вами обращалась?

Пациентка покачала головой:

-Нет, ни в коем случае. Он боялся ее. Она играла не по правилам. Отец соображал в бизнесе, удвоил состояние. Но соблюдал джентельменский кодекс, а она нет.

Я спросила, почему он не подал на развод.

Никто в семье Арлингтон никогда не разводился. Он сказал, что не собирается разрушать традицию.

После случая с салфеткой Мэделин один день в неделю проводила в доме бабушки, антикварного коллекционера, которую очень любила.

-После смерти она завещала распродать некоторые антикварные вещи на аукционе, а на вырученные деньги построить новое отделение больницы.

-Какая она была?

-Бабушка вела себя очень официально, но была доброй и, можно сказать, спасла мне жизнь. Она научила меня всему, что я знаю.

Я спросила, что думала бабушка о Шарлотте.

-Она всегда вежливо обращалась с мамой. Но всегда можно было заметить некое презрение в ее отношении к Шарлотте. Невозмутимость — одно из умений представителей привилегированного класса.

На нашем следующем сеансе я заметила, что Мэделин стало сложнее обсуждать детские годы. Она не хотела плакать, лишь хлопала глазами, заявив, что не хочет испортить макияж. Ее шея покрылась красными пятнами, стало тяжело дышать. Поэтому я спросила, что хорошего для нее сделала Шарлотта. Она долго думала над вопросом и наконец сказала: так как мать никогда ее не любила, она была невероятно строга. (Я не понимала, что в этом может быть хорошего.) Мэделин заправляла кровать и убирала в комнате каждый божий день, а Шарлотта критиковала дочь, если что-то сделано неидеально.

-Куклы должны были стоять в ряд, от самой большой до самой маленькой, а если какая-нибудь игрушка не на своем месте, она говорила: «Что не так с этой игрушкой, она же вот-вот упадет». Поэтому, когда я пошла в школу, уроки были сделаны идеально. Я думала, учителя окажутся такими же строгими, как и мать. Мне легко было сделать все идеально с первого раза.

Мэделин молча сидела пару минут.

-Мне запрещалось лениться. Думаю, мать дала мне понять, что такое трудолюбие.

Родители, прививающие трудолюбие детям, несомненно, оказывают им большую услугу, но в случае с Мэделин все было иначе. Перфекционизм Шарлотты прививал нездоровое трудолюбие, Мэделин стала трудоголиком.

Зацикленность на работе — еще одна компульсия: ты работаешь, поскольку чувствуешь повышенную тревожность, когда не работаешь.

Некоторые психологи рассматривают это как зависимость, а современное общество особенно подвержено ей. Нет ничего удивительного, когда мы слышим: «Я только и делаю, что работаю». Данное предложение можно заменить, чтобы представить другую зависимость: «Я только и делаю, что пью». Последний вариант звучит не так безобидно.

Сотрудники дали понять, в каком бешеном ритме живет моя пациентка и какое плотное у нее расписание. Поначалу я не придала этому значения, ведь Мэделин не отнесла свое «трудолюбие» в список симптомов. В конце концов, терапия — это искусство, заключающееся в нахождении «золотой середины»: времени, когда клиент сам готов взглянуть на свою патологию.

Я не верила в то, что Мэделин смогла бы достигнуть такого грандиозного успеха в бизнесе без помощи, без кого-то, кто укрепил ее эго. Отец иногда помогал, но он и сам не мог защититься от мертвой хватки жены, а матери она была не нужна. Очередным эмоциональным потрясением стало то, что Карен не пускала Мэделин в ее собственный дом.

Подходящим кандидатом стала бабушка Мэделин. (Дедушку она практически не упоминала, сказала лишь, что он был спокойным, добрым и выращивал цветы.) Бабушка раз в неделю забирала Мэделин к себе, они обедали и ходили в антикварные магазины вместе, ездили в поисках антиквариата и в другие города. Так Мэделин узнала, что бабушка умеет вести переговоры. Они вместе отправились в Нью-Йорк и открыли там целый мир искусства. Бабушка водила ее на бродвейские шоу, покупала одежду и все, что хотелось внучке.

Мэделин восхищалась тем, что, находясь с бабушкой, она могла есть столько, сколько захочет. Однажды они были в загородном доме, который располагался на частном острове, и испекли шоколадное печенье. Мэделин съела сразу три.

Я ждала, что бабушка назовет меня «монстром» или «свиньей», но все, что она сказала: «Помедленней, дорогая. Ты успеешь съесть столько, сколько захочешь». Я думала побыстрее засунуть их в рот, чтобы никто не забрал.

-Приезжала ли на тот остров ваша мать?

-Нет, никогда. Она не любила моих бабушку и дедушку. При них она не могла показывать ужасный характер. Мать говорила, что была родом из Америки, а природа Канады — не для нее; поэтому не собиралась сидеть на острове с тремя блюстителями нравов, грязью и москитами.

-Почему она называла вашего отца и его родителей «блюстителями нравов»?

-Оу, у нее были друзья, которые…

Мэделин глубоко вздохнула и замолчала. Она выглядела встревоженно. После небольшой паузы продолжила:

-Которые голодали, не знаю, какое еще слово подобрать. Все женщины в том кругу курили, пили и тратили деньги на омолаживающие операции. Они напивались в загородном клубе и менялись сексуальными партнерами. Некоторые парочки были разведены. Лучшим другом мамы был гей-декоратор. Они постоянно вместе ездили на шопинг, часто в Рим, чтобы купить очередную ерунду. Однажды я вернулась домой после школы раньше обычного и увидела, как она сидела у него на коленях. Тогда-то я и поняла, что ее друг не был геем.

-Какое хорошее прикрытие.

-Да, и это случилось тридцать лет назад. Никто ни разу ничего не сказал про ее изобретательность.

-Как она решила возникшую проблему?

-Тут же выгнала любовника, назвала меня «грязной ищейкой» и сказала, что… — Мэделин опустила глаза в пол, ей было тяжело продолжать, глаза наполнились слезами.

-Что она могла сказать, чтобы причинить вам столько боли?

-Это ужасно. Она сказала, что расскажет отцу, будто я сняла трусы и начала заигрывать с Паскалем, нашим садовником. Затем вышла в сад и тут же на месте уволила его, выписав чек на приличную сумму.

Мэделин очень нравился Паскаль.

-Иногда он играл со мной в прятки или прятал у меня в карманах конфетки. С того момента я начала думать, что мы занимались с ним чем-то грязным и отвратительным.

Когда Мэделин, испугавшись, запротестовала, мать ответила:

-Хорошая работа, маленький монстр. Из-за тебя мне пришлось уволить Паскаля.

У Паскаля была собака, у которой родились щенки. Он принес одного показать Мэделин. Отец разрешил его оставить. С искренней и широкой улыбкой, которую я раньше не видела на лице пациентки, она сказала, что это был самый счастливый день в ее жизни. Щенка назвали Фред.

Наполненная энтузиазмом, Мэделин продолжила:

-Я была так рада, что кто-то любит меня. Фред радовался, когда я возвращалась после школы, он даже спал со мной в одной кровати. Однажды мать собиралась ударить меня, что делала при каждом удобном случае, и только подняла руку, как Фред зарычал на нее.

Мэделин разрыдалась и опустила голову.

-Почему вам так больно от этого?

-Он был единственным, кто защищал меня.

-А что насчет отца?

Иногда он вставал на мою сторону, но, когда мать свирепствовала, ничего не говорил. Однажды мать ушла на посиделки с друзьями, я спустилась в подвал и села там под лестницей, чтобы съесть конфету, которую принесла из школы. Там же сидел и отец, он ел спагетти. Я села рядом с ним, и мы просто в тишине ели.

— Почему отец так боялся ее? — спросила я, до сих пор не понимая такого поведения. — Его родители были слишком строгими?

-Нет, совсем нет. Они были очень правильными, много работали и при этом добрыми, любящими, уделяли мне много времени. Бабушка, например, часами обучала меня лепке и скульптуре с малого возраста. Она возила меня по всему миру, мы здорово проводили время. Уже в тринадцать лет я могла определить подлинность китайской вазы, и я не преувеличиваю.

На следующий сеанс Мэделин принесла огромный рождественский подарок, завернутый в невероятно красивую оберточную бумагу. Я объяснила, что, будучи профессиональным психологом, не могу принимать подарки от клиентов. Она не стала протестовать. Думаю, тот гигантский подарок был проверкой, и она почувствовала облегчение, когда я не приняла его. В своей голове я поставила галочку, чтобы позже обсудить с ней понятие «доверие».

Я спросила ее про планы на Рождество. Она сказала, что будет праздновать одна дома. Представив Мэделин одну в огромной квартире, я подумала, что для нее, должно быть, сложно смириться с тем фактом, что даже на Рождество ее не пускают в дом, где она выросла.

Мэделин сказала, что мать была тем еще подарочком, и она очень удивилась, когда отец сошелся с Карен.

-Такая же сумасшедшая, как и моя мать, но уже не молодая и не красивая. Плюс у нее нет ничего, что бы она могла оставить в наследство после смерти.

Когда Карен начала ломать антиквариат, дворецкий, который много лет работал на их семью, позвонил Мэделин, а она вызвала полицию и прилетела в Торонто. К тому времени, как Мэделин прибыла домой, полиция ждала ее в гостиной, дворецкий сделал всем кофе. Карен увидела Мэделин и назвала ее Шарлоттой — она была пьяна. Дворецкий рассказал, как Карен измывается над Дунканом, иногда ему приходится закрываться в ванной, когда Карен вооружается кухонной утварью и кидается ей. Затем показал полиции следы на двери в ванной. Никто не мог найти Дункана, но Мэделин знала, где искать.

-Он сидел под лестницей в подвале и ел спагетти.

Отец сообщил, что Карен успокоится и все будет в порядке.

-Длинная история закончилась. Полиция уехала. Отец встал на сторону Карен, а меня больше не пускают в родной дом.

Мы продолжили обсуждать поведение Дункана. Мэделин сказала, что отец будто заключил негласный пакт с партнершей.

-Он сказал, что Карен нестабильна, а он — сильный, чтобы быть вместе, им придется идти на определенные жертвы. Эта была та же высокопарная речь, которую он повторял, как мантру, когда Шарлотта слетала с катушек. Но ведь на самом деле все совершенно не так. Он принимал тот факт, что мать была опасна, могла навредить и мне, и ему, и окружающим.

Более того, говорил, что лишь он сам и Мэделин являются истинными представителями семьи Арлингтонов, Шарлотта лишь глупый непрошеный гость.
Это правда, она не блистала умом, зато была хитрой, безжалостной и оставляла отца в дураках всю его жизнь.

За все время терапии я так и не выяснила, почему Дункан был столь успешен в бизнесе и одновременно эмоционально немощным сначала с Шарлоттой, потом с Карен. Он провел жизнь в тисках двух нелюбящих его женщин. Ему не нравилось, что его дочери запрещено пересекать порог родного дома, и все равно встал на сторону той, кто не давала ничего взамен. Мэделин сказала, что родители Дункана, хоть и эмоционально сдержанные, но не строгие. Единственное, что приходило мне в голову — бабушка и дедушка были добры к Мэделин, однако, будучи моложе, вели себя иначе. В старости люди часто становятся мягче и добрее.

Казалось, у Дункана нездоровая зависимость от денег: сначала он нашел способ заработать их, а потом использовать как инструмент власти.

Единственная, кого он по-настоящему любил, была дочь, но, раз он не способен защитить даже себя, не смог бы защитить и ее.

Первый год терапии подошел к концу. Так много, учитывая то, что я соглашалась на шесть сеансов! Люди, которые перенесли столько травм, сколько Мэделин, не пойдут на поправку, пока не выпустят боль наружу. Я исполняла роль наблюдателя, убеждая ее в том, что утреннее приветствие «Доброе утро, монстр» было жестоким, но никак не связано с ней самой. Я была там, чтобы помочь справиться с последствиями такого болезненного детства.

Оцените статью
Поделиться с друзьями
Мама может всё!
Добавить комментарий